суббота, 20 мая 2017 г.

Как решить палестинскую проблему


19 мая 2017 г.

Как решить палестинскую проблему
... и принести мир на Ближний Восток.

Дэниэль Гринфилд, FPM


В 1990 году в Кувейте было вдвое меньше палестинцев, чем кувейтцев. Два года спустя их почти не было.

При поддержке международного сообщества около 700 000 кувейтцев изгнали сотни тысяч палестинцев из своей страны. Если бы они этого не сделали, то базовая арифметика показывает, что палестинцы в течение одного поколения численно превосходили бы кувейтцев в Кувейте.
Палестинцы Кувейта были похищены, подвергнуты пыткам и убиты. «Убей палестинца и отправишься на небеса», стало лозунгом. Когда Кувейт был «освобожден», в пригород Хавали в Кувейт-Сити, известном как Маленькая Палестина были отправлены танки и бронемашины. Половина зданий был разрушены бульдозерами. Некоторые задержанные палестинцы были захоронены в братских могилах. Подавляющее большинство, включая тех, кто родился в Кувейте, были депортированы или были вынуждены покинуть землю, на которой они прожили в течение целого поколения.

Об актах насильственной этнической чистки сотен тысяч палестинцев по большей части ничего не сообщалось. Пока кувейтцы  занимались этнической чисткой своих палестинцев, они продолжали финансировать палестинский террор против Израиля и осуждать Израиль за нарушение прав палестинцев, именно тех, которые были депортированы ими.

А мир пожимал плечами.

Президент Джордж Х.В. Буш выступил в защиту действий Кувейта.
«Я думаю, что мы ожидаем слишком многого, требуя от кувейтцев любезно относиться к тем, кто шпионил за своими соотечественниками, оставшимися там”,
сказал он. Это было на той же пресс-конференции, на которой он осудил израильские «поселения».

Год спустя Израиль изгнал 400 членов ХАМАС. Все правозащитные организации были возмущены. Государственный департамент «решительно» осудил Израиль. И Израиль был вынужден принять их обратно.

Кувейтскую накбу никто особенно не вспоминает. Нет никаких митингов, на которых пожилые женщины потрясают ключами от потерянных в Хавали домов. Они сделали ошибку, поддержав Саддама Хусейна. И заплатили за это.

Кувейт отказался разрешить въезд в страну главе Палестинской администрации Аббасу до тех пор, пока он не извинится за поддержку Саддама. И он извинился.
«Да, мы приносим извинения за то, что сделали», - хныкал босс террора.
ООП должна еще извиниться перед Израилем за то, что мусульманские поселенцы в 1948 году пытались подвергнуть геноциду коренное еврейское население, за то, что тысячи людей были покалечены и убиты ее террористами.

Израиль, как и Кувейт, должен потребовать признания вины Аббаса за преступления ООП.

У накбы в Кувейте есть много общего с тем, что произошло в Израиле. И в Кувейт, и в Израиль палестинцы прибыли в качестве дешевой рабочей силы, чтобы воспользоваться экономическим бумом индустриализации феодальной экономики. «Палестинцы» Израиля - это не какой-то древний народ, а масса мигрантов, в основном соседей Израиля, но иногда и из Судана и Сенегала в Африке, искавшая возможности улучшить свою жизнь. Наличие афро-палестинцев ясно дает понять, что они не представляют отдельную этническую или национальную группу. Это просто мигранты, прибывшие в Израиль из других стран.

Более половины так называемого «палестинского» населения живет за пределами Израиля. Многие продолжают оставаться экономическими мигрантами. Именно это привело их и в Кувейт. И не только кувейтцы изгнали их. «Палестинцы» не единственная мигрирующая группа, оставшаяся без своей страны, когда на картах мира появилось множество новых стран со старыми названиями, а  игра в “музыкальные стулья”, где игроки, не успевшие захватить места, проигрывают, закончилась.

«Палестинцы» избрали воображаемую и антиисторическую идентичность, потому что они были вытеснены из других политических структур новыми правительствами и племенными механизмами. И это не уникальная ситуация.

Еще одна группа лиц без гражданства в Кувейте - Bedoon. Как и палестинцы, Bedoon были мигрантами. Кувейтцы решили не признавать их гражданами. На каждые десять кувейтцев приходится один Bedoon. Но это типично в регионе, где вне правительственных структур существуют большие кочевые группы.

В этом столетии сотни тысяч людей были перемещены в Ираке, Ливии и Сирии. Многие страны региона находятся на пороге гражданских войн между ссорящимися этническими и религиозными группами. Массовый поток мигрантов в Европу - это продолжение миграционного характера региона.

У всех этих проблем одна причина. Эта причина - провал арабского мусульманского национального государства.

Этот век показал, насколько искусственными и хрупкими в действительности оказались большинство стран, существование которых мы считаем само собой разумеющимся,- Египет, Сирия, Ирак, Йемен, Ливан и Ливия. Немного нестабильности, и они рушатся на ссорящиеся племена. Эти племенные конфликты имеют ту же первопричину, что и «палестинская» проблема.

Палестинская проблема не может быть решена без решения проблемы арабского мусульманского национального государства.

Гражданские войны в Сирии и Ираке, поток мигрантов в Европу и последние события неудачного палестинского мирного процесса - все это проистекает из конфликта между естественным племенем и искусственным национальным государством. Арабское мусульманское национальное государство не в состоянии разрешить племенные конфликты.

Вот в чем источник тирании, нестабильности и насилия на Ближнем Востоке.

Никакие переговоры с Израилем и никакие его уступки не помогут, разве что создадут еще большую нестабильность. Десятилетиями израильские уступки приводили лишь к терроризму, насилию, смерти и нищете. Если бы Израиль прекратил свое существование завтра, то на его месте появился бы такой же район бедствия, как Йемен или Сирия.

Часто отмечается, что палестинцы - это вымышленная национальная идентичность. Но иракцы, сирийцы и многие другие точно так же искусственны. Исторические названия даются фальшивым странам. Мы не первые западные люди, решившие, что мы можем исправить Ближний Восток, сделав их такими же, как мы. До того, как мы попытались экспортировать демократию, англичане и французы экспортировали государственность со всеми флагами, конституциями и гимнами. Подобно арабской мусульманской демократии, арабское мусульманское национальное государство - это фарс, продуцирующий нищету, нестабильность и насилие.

Лучше всего исправить Ближний Восток мы можем, только прекратив все неудачные попытки превратить его в Европу и Америку. И изменить их на противоположные. Прекратить признавать арабские мусульманские страны, имеющие несовместимые группы населения. Это диктатуры на грани гражданской войны. И гражданская война в конце концов затянет нас, подобно тому, как это было с Ираком и Сирией.

Нужно везде, где только возможно, общаться с племенными и другими естественными региональными лидерами, а не с фейковыми национальными правительствами. В Ираке это означает: прекратить неудачную политику признания шиитского марионеточного режима в Багдаде и игнорирования лидеров суннитских племен и курдских властей. Эта политика помогла создать ИГИЛ.

Мы должны признать обособленные, отличные от других регионы, основанные на поселениях естественных этнических, религиозных и племенных идентичностей. Конфликты между этими племенными территориями неизбежно возникнут, но они будут требовать гораздо меньше жизней, чем усилия Саддама по подавлению шиитов и мади (арабов болот). Племена убьют меньше людей, чем племенное национальное государство, стремящееся искоренить соперников и конкурентов с помощью мощной государственной военной машины.

Границы не должны быть постоянными. Ближний Восток мигрирует. Это не Европа. Арабский мусульманин, переезжающий из Ирака в Сирию или из Кувейта в Иорданию, не беженец. Если начинать называть беженцем каждого мигранта в регионе с обширной кочевой историей, то в конце концов результатом будет абсурдность палестинских городов беженцев в Иордании или миллион мигрантов, появившихся в Европе.

Если оглянуться достаточно далеко, то все на Ближнем Востоке беженцы.

Вместо того, чтобы пытаться переселить фейковых беженцев, мы должны поощрять расселение отдельных территорий с естественными границами, которые создают физические и оправданные разделения между различными группами. Это исключит какую-либо сумасшедшую схему мира для палестинского государства со столицей в Иерусалиме и территорией, пересекающей Израиль. Эти планы потерпели неудачу и продолжат терпеть неудачу по той же причине, по которой иракцы все еще убивают друг друга, несмотря на наши все усилия вести с ними переговоры, подкупать их или бомбить.

Местное еврейское население и мусульманские мигранты, обосновавшиеся в Израиле, по сути своей несовместимы. Палестинскую проблему можно было бы решить где-нибудь в Иордании или Сирии. История и опыт говорят нам, что она никогда не будет разрешена в Израиле.

Израильское правительство должно начать различать мусульманских поселенцев на основе не искусственных границ, связанных с определенной войной, а кланов и этнической принадлежности.

Черкесы, в XIX веке переселившиеся в Израиль с Кавказа, не были проблемой. Эти османские военные колонисты - мусульмане, но они служат в израильских вооруженных силах и не участвуют в племенных войнах других мусульман против евреев. Клан Хусейни, из которого вышли Арафат и муфтий Иерусалима, слишком давно служит источником беспорядков и насилия в этом регионе.

У Израиля нет национальной проблемы с «палестинцами», ему угрожают мародерствующие кланы, доминирующие в руководстве исламских террористических групп, таких как ООП и ХАМАС. Никто еще не смог добиться мира с кланом Хусейни. И никогда не добьется.

Первым шагом к решению палестинской проблемы должно быть признание ее отсутствия. Вторым - определение, какие кланы будут более совместимыми и где. Этот процесс должен проходить по всему региону в Сирии, Ираке, Йемене, Ливии, Израиле и за его пределами. И гораздо более вероятно, что именно это принесет мир, а не бесконечное количество переговоров и миротворческих миссий.

Большая ошибка западной внешней политики в регионе - это убеждение, что стабильность лучше всего достигается путем модернизации. Арабский мусульманский мир не собирается превращаться в Европу.

Мы должны позволить ему быть тем, чем он есть. Его трайбализм не принесет мира. Но он может снизить количество его войн.


Перевод: +Елена Любченко
Источник